Галактические калифы, директора Звездных ассоциаций - все они лишь подобия бойких рыжих трудяг с самой что ни на есть земной работенкой, чьи улыбчивые морщины иллюстрируют человечность рассказиков из залистанных еженедельников, раскиданных по парикмахерским. Завоеватели Спики или Денеба, полицейские сыщики с Девы носят фамилии, начинающиеся на Мак, бесстрастные ученые - непременные Штейны, впрочем, иные из них разделяют с девами из соседней супер-галактики такие абстрактные ярлыки, как Биола или Вэла. Обитатели чуждых планет, "разумные" существа гуманоидной либо мифической выделки, обладают одной замечательной общей чертой: интимное их устройство не описывается никогда. Из высокой приверженности правилам хорошего двуногого тона кентавры не просто носят набедренные повязки, - они их носят на передних ногах.

Пожалуй, этим процесс исключения можно и завершить, разве что кто-то захочет обсудить проблему времени? И в этом случае я, ради того, чтобы сосредоточиться на фигуре молодого Эмери Л. Боке, моего более или менее отдаленного потомка, которому предстоит участие в первой межпланетной экспедиции (что, в сущности говоря, и является единственным скромным допущением моей истории), с радостью передаю право замены претенциозной двойкой или тройкой честной единицы нашего "тысяча девятьсот..." в умелые лапы "Старзана" или иного героя комиксов и атомиксов. Пусть будет 2145 г.н.э. или 200 после нее мне дела нет. Я ни на чьи законные права посягать не желаю. Это чисто любительское исполнение - сборный реквизит, минимум декораций и останки дохлого дикобраза в углу старой риги. Мы все здесь друзья - Брауны, Бэнсоны, Вайты и Вильсоны, - и вышедший покурить слышит сверчков и собаку с далекой фермы (полает-полает и ждет, и слушает то, чего мы не можем услышать). Летнее небо в беспорядочных звездах. Эмери Ланселот Боке, двадцати одного года, знает о них неизмеримо больше, чем я, пятидесятилетний, запуганный.